«ЕДИНСТВЕННО ПРАВИЛЬНЫЙ РЕЦЕПТ В УСЛОВИЯХ КОНФЛИКТА – ДАВАТЬ ДОСТОВЕРНУЮ ИНФОРМАЦИЮ»

Тема войны и журналистики стала главной во время встречи в пресс-клубе мариупольской газеты «Приазовский рабочий». В ней приняли участие основатель газеты «Зеркало недели», председатель Комиссии по журналистской этике Владимир Мостовой и президент Академии украинской прессы, доктор филологических наук, профессор Валерий Иванов.
НСЖУ_розсилка26_02_15Как рассказал в начале встречи Валерий Иванов, Академия украинской прессы проводит в Мариуполе за эту зиму уже четвертую встречу: «На прошлой неделе мне пришлось спорить с коллегами во Львове, рассуждающими на уровне: «Если они на Донбассе хотят самостоятельности, так пусть и уходят». Это дурные разговоры, и они не являются основной точкой зрения на территории всей Украины. Украина – вместе с Востоком и понимает, что жители Донбасса, какой бы – проукраинской или пророссийской ориентации они ни придерживались – это граждане Украины.
Мы пытаемся говорить о том, как освещать события в условиях военного конфликта. Что это обязательно должна быть проверка информации, представление разных точек зрения. Недостоверная информация кредит гораздо более, чем в мирное время, потому что она убивает доверие.
Мы, к сожалению, имеем провал в этом отношении в работе украинских медиа.
Институт социологии Национальной академии наук Украины проводит ежегодно мониторинг, и результаты опросов по 2014 году – катастрофические. Впервые за годы независимости уровень доверия к украинским медиа меньше, чем уровень недоверия, соотношение 25 к 36 процентам. Особенно низкий уровень доверия к общенациональным украинским медиа в Донбассе: 1-3 процента.
Это свидетельствует о том, что люди, корда смотрят в экран телевизора, видят одно; а корда они выглядывают в окно — совсем другое.
Недостоверная информация отталкивает людей и вредит единству Украины.
В центральных медиа, к сожалению, пошла тенденция так называемой «журналистики преданности»: «Моя страна воюет, значит, я не буду печатать или выдавать в эфир ничего, что вредит, с позиции нашей власти». На мой взгляд, это глубоко неверная позиция, так как, если давать недостоверную информацию (а у нас власть постоянно дает недостоверную информацию), то ни к чему хорошему это не приведет. Я не знаю, как вы реагируете на сводки СНБО, пресс-центра АТО, но, на мой взгляд, это просто какое-то издевательство.
Такое ощущение, что пресс-конференции Селезнева и других чиновников рассчитаны просто на идиотов. Но еще хуже, когда это репродуцируется журналистами без критики.
Так нельзя».
Продолжая тему разных точек зрения, главный редактор «Приазовского рабочего», председатель городской организации Национального союза журналистов Украины Николай Токарский отметил, что они есть и во Львове. Например: сессия Львовского городского совета выделила из местного бюджета 500 тысяч гривен для оказания помощи пострадавшим в результате обстрела жилого массива «Восточный» 24 января этого года.
«Что касается неточной информации центральных украинских медиа, то мы тут уже устали их опровергать. Начиная с того, что в Киеве постоянно путают категории и названия населенных пунктов: недавно читаю на сайте «Корреспондента» о том, что полк «Азов» освободил города Широкино, Лебедино и другие. Какие города, ну, что вы, коллеги? Если посмотреть «Интер» или «1+1», то у нас в Мариуполе идет настоящая война, как в Дебальцево, тогда как в городе сейчас спокойная обстановка», — рассказал Николай Токарский.
Гости редакции ответили на вопросы «Приазовского рабочего».
– Вы совершенно верно подметили расхождение информации с экранов телевизоров и из окна: ранним утром 14 февраля, когда Левый берег сотрясала канонада со стороны Широкино и Гнутово, информации — «ноль». И только ближе к 9 часам на канале «112» появился комментарий «речника» штаба АТО Стельмаха, который рассказал, что «у Маріупольському напрямку все спокійно»…
Владимир Мостовой: – У меня такое впечатление: какая война – такая и журналистика. Война гибридная – и журналистика гибридная. То, что делают Лысенко, Селезнев и другие, в лучшем случае тянет на «Совинформбюро»; журналистикой здесь и не пахнет. Мало того, это активизирует негативное влияние на общество. Чем? Тем, что одна смерть воспринимается аудиторией как трагедия, смерть тысяч людей – как статистика.
Общество адаптируется к этим ежедневным сообщениям: столько-то раз обстреляли, столько-то убитых, раненых…
Исключительно статистическая подача информации о войне негативна и вредна для общества. Я за то, чтобы рассказывать о войне через человеческую судьбу: ярко, нормально написать о какой-то семье или о человеке. Как по мне, это время для реанимации таких забытых сегодня жанров, как очерк, памфлет, которые роднили журналистику с литературой.
Есть такая дилемма: с одной стороны, одно из первых требований к журналистике – ни в коем случае не пользоваться языком вражды, не разжигать вражду; с другой – если не ненавидеть врага, зачем с ним воевать? Мне, например, все равно, кто – русский, чеченец или серб – но, если он пришел с оружием на мою землю – это враг, и врага надо ненавидеть.
Но я журналист, и поэтому не могу идти на поводу у этого примитивного чувства. Выход, по-моему, только один: писать правду. Если вы пишите правду, вас никто не обвинит в пропаганде. Вернее, обвинять-то будут. Но перед собой и перед людьми вы останетесь честны, потому что вы пишите правду.
Вспомните журналистику Великой Отечественной войны. Полевой, Эренбург, Симонов – это не только журналистика, но и публицистика, и высокая литература…
Сегодня для нас вопрос личного выбора — журналиста как профессионала – весьма сложный. Но вместе с тем мы же понимаем, как бы долго военные действия ни были, они не будут вечными, все равно закончатся, а раны будут затягиваться очень долго. Мой личный прогноз – тут будет вторая серия УПА, только наоборот. Украинская повстанческая армия организовалась в 1943 году, бои продолжались в 50-е годы, а последний бой, очень запоминающийся, состоялся ровно за год до полета Гагарина — 12 апреля 1960 года. В Донбассе, правда, нет лесов, но есть шахты, и оружия у людей хватает.
– Вы призываете украинских журналистов писать только правду, а есть ли правда на войне? Если бы Симонов во время Великой Отечественной писал полную, а не дозированную правду о действиях руководства страны и Красной Армии, то вряд ли ему бы позволили вообще писать. В наших условиях Украина проигрывает информационную войну, центральные телеканалы РФ занимаются откровенной пропагандой. С чем, по вашему мнению, должна корреспондироваться правда?
Владимир Мостовой: – В условиях информационной войны чем могли, тем мы и боролись. В свое время наша Комиссия по журналистской этике подала в Российскую общественную коллегию по жалобам на прессу заявление на телеканал «Россия-1» и Дмитрия Киселева. Там решение принимается только консенсусом: то есть, если один «против», оно не может быть принято; а сама коллегия состоит из двух палат: медиа-аудитории и медиа-сообщества. Я, знаете ли, сомневался, хотя у нас был беспроигрышный вариант. Но они осудили пропаганду стопроцентно и развернуто, на восьми страницах, представили заключение, что деятельность Киселева не имеет ничего общего с журналистикой.
Я рад, знаете чему? На этом совещании я им сказал: «Мы знаем цену Киселеву, он у нас подрабатывал на украинском телевидении несколько лет, мы знаем его творческую лабораторию и все его методы. Нас интересует: давайте сверим часы. У вас не изменились подходы к профессиональным стандартам и профессиональной этике?» Слава Богу, что не изменились: есть люди, авторитетные в журналистике России. Они не из тех, кто мельтешит на телевидении; это профессура журналистики, бывшие главные редакторы.
Просто приятно ощущать, что не все в российской журналистике «киселевы».
– Но общественное мнение в России формируют как раз «киселевы»…
Валерий Иванов: – Информационное общество и социальные сети продуцируют очень много «фэйков», которые дают возможность проверить информацию. Если журналист что-то не напишет или напишет полуправду, об этом точно будет известно.
Интерпретация правды может быть разной, но правда должна быть обязательно.
Такие глубокие конфликты, как сейчас в Украине, происходили и в других местах – в Северной Ирландии, Испании, Югославии.
Выработанная рекомендация: достоверная информация должна быть обязательно. Потому что реально сейчас к нам у западных коллег отношение такое же, как и у нашей аудитории.
Недавно за «круглым столом» в Германии под. названием «Правда на войне умирает первой» мои студенты выступили с презентацией относительно российской пропаганды.
Немецкие журналисты, которые освещают тему нашего конфликта, покивали головами, а потом начали говорить очень неприятные вещи: «Да, мы знаем, что российские медиа дают неправду. Мы им не верим. Ваши медиа дают точно такую неправду. Мы им тоже не верим».
Мне кажется единственно правильным рецептом в условиях конфликта – давать достоверную информацию. Журналист – это не боец. Те люди, которые хотят быть бойцами, должны брать в руки оружие и идти воевать. У меня, кстати, один сотрудник сделал такой выбор, он уволился из организации и сей час воюет под Дебальцево. Это его выбор. Но он уже не журналист.
Владимир Мостовой: – Был такой факт: расформирован батальон «Шахтерск» за мародерство. О таких фактах надо обязательно говорить: «бейте своих, чтобы чужие боялись».
Это зараза, которой занимался не только «Шахтерск», — сделайте ее достоянием гласности. Хотя мы понимаем, что многим это не понравится: это якобы «не патриотично». Не думаю, что это не патриотично.
– Сейчас идет наглядная «война» между двумя украинскими телеканалами: «Интером» и «1+1», и это в условиях настоящей войны. Как на это смотрит Комиссия по журналистской этике?
Владимир Мостовой: – Все знают, что дело в конфликте собственников. Ребята, побойтесь Бога. Собственники меняются – зачем так себя продавать?
Валерий Иванов: – На этих каналах получают деньги на порядок больше, чем на других киевских каналах. Сейчас действительно Коломойский («1+1». — Ред.) пытается «отжать» собственность Фирташа («Интер». — Ред.), и тут патриотизм уходит на второй план, потому что речь идет о сотнях миллионов долларов. Сейчас будет новый взрыв – теперь уже между телеканалами Пинчука и «1+1», потому что обостряется конфликт между Пинчуком и Коломойским, идет судебный процесс в Лондоне. То, что вспомнили о нашем погибшем коллеге – Георгии Гонгадзе – это такой цинизм, это просто элемент в их разборках между собой.
Дело Гонгадзе – это давление на Пинчука через Кучму с тем, чтобы ослабить позиции собственника телеканалов и принудить его к сдаче. Когда речь идет о больших деньгах, мораль забывается.

Газета «Приазовский рабочий»

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.

Поддержка redox sparrow-hawk